Этот год будет, видимо, долгим самым.
Осыпается краска с оконной рамы,
Что видны стали вены сухой березы.
Шепчет северный ветер: «Идут морозы…»

Из окна степь да степь, где по бездорожью
Пастухи тварь рогатую гонят Божью
По кровавому морю раскисшей глины,
На волнах где барашки – овечьи спины.

Солнце серо, вот-вот и зайдет за тучи,
Разве сможет развеять их серый лучик?
Этот год будет видимо самым долгим.
Вот и тучи и капли их как иголки.

За порог нет желания выйти дальше.
Дверь скрипит, словно старческий чей-то кашель.
За порогом гуляет уже простуда.
И под руку разлука-тоска Иуда.

Километры в клубок, а минуты в бухту
И словосочетания буква к букве
Собираешь. Год будет тянуться долго.
И першить начинает больное горло.

Целый год вдалеке от ее изгиба.
Так смеется она лишь. Смех слышен. Либо
Это скачет по крыше осенний дождик,
Правя тройку свою за сырые вожжи.

Tags: Глухой Номад

От осознанья радость. И вот
Щекочет меж ребер и живот,
И холодок покрывает спину.
Сердце стучит: «Тебя не покину!»

Странное чувство, схожее с тем,
Когда видишь тени вдоль стен,
От фонарей опустевших улиц.
Не одиноко когда все уснули.

Схожее также с слепым дождём.
Мокнешь, когда всё сухо кругом.
На небе, над головою арка.
Радуга. Солнце. От сердца жарко.

Схожее с клином небесных птиц,
С детским автобусом полным лиц,
Поющих песни о самом главном,
Что сам напевал еще недавно.

Радость выходит из легких. Крик.
Осознаешь сколь короток миг.
Странное чувство, странное чувство
Осень на пороге. В сердце буйство.

Tags: Глухой Номад

Ветер дует с тех мест,
Где румяный апорт
Оттеняет созревшую вишню.
Он несет свою весть
От заснеженных гор,
На вершинах которых Всевышний.

Он гонец от тебя,
Что украдкой сорвал
С губ твоих твой предутренний выдох.
И несется, трубя,
С голубых покрывал,
Словно Вестник капризной Киприды.

Ветер, правда, могуч.
В его силах мечту
Донести утомленному жаждой...
Я за Счастье сочту,
Если тоже смогу,
Красть предутренний выдох твой каждый…

Tags: Глухой Номад

День прошел, пора бы подвести итоги,
Не держать чтоб полночь долго на пороге.
Одиноко тонет в пиале чаинка.
В сахарнице крышка – паутинка.

Утро было ранним, полное надеждой.
Ветер согревался под моей одеждой.
На распах рубаха. Облако свидетель,
Я счастливей всех на этом свете.

Когда вечер спрячет полдень за плечами,
Когда тень польется длинными ручьями,
Утро обещало уделить вниманье
И сказало просто: «До свиданья!»

Солнце поднималось с каждым часом выше,
Прыгало как мячик по покатым крышам,
А потом куда-то тихо закатилось.
Сердце в предвкушении забилось.

День прошел пора бы подвести итоги,
Не держать чтоб полночь долго на пороге.
Одиноко тонет в пиале чаинка.
В сахарнице крышка – паутинка.

Tags: Глухой Номад

День был зачат. Чуть розовый рассвет
Ночную спальню не спеша покинул.

Открыл глаза. Свой закуток окинул,
Увидел ее маленький портрет.


Росою на траву сошла вода.
И жаворонки подхватили голос.

Под глянцем матовым играет волос,
Искрится на свету, как и всегда.


Жар. Полдень. Это юношеский пыл.
Максималист. Всё нужно здесь и сразу.

Заметно на губах застыла фраза.
Хотя быть может, это смех застыл.


Он повзрослел. Поплыли по вискам
Предвестники, гонцы дождя слепого.

Не оторвать от взгляда озорного
Свои глаза.


Торопится старик за Солнцем вслед,
Чтоб возвратиться поутру младенцем.

Ее портрет уже частичка сердца,
Другую часть укрыл пуховый плед.

Tags: Глухой Номад

Биение. Дыхание. Шаги.
Вслед за тобой Луна, созвездья, тучи
И воздух неоправданно колючий.
Вся свита коронованной тоски.

На лоскуты разрезав тишину,
Скучает ветер от нехватки зрелищ.
Он истощен всегда к концу недели
И доживает у тоски в плену.

Трава, деревья черные лицом
Невольно ропщут о своем бесправье.
Взращенные на звонком разнотравье,
Они стоят унылые листом.

И каждый из пытается догнать,
Остановить и предложить остаться.
Сыночком кличут, другом, кто-то братцем.
И руки тянут, чтоб в объятья взять.

Здесь нет Любви! Не подавай руки!
Не делай остановку! Прочь печали!
Держись дороги избранной в начале!
Биение. Дыхание. Шаги…

Tags: Глухой Номад

Она:
Скажи, отмерить много ли для счастья
Тебе простого женского тепла,
Которое не делится на части
И не сгорит которое дотла?

Он:
Наградой будет свет ее лампадки,
Который поместился б на ладонь.
Чтоб унести с собой, пускай украдкой,
Частичку счастья своего огонь.

Она:
Достаточно тебе ли будет это?
Семь раз подумай прежде дать ответ.
Достаточно тебе лампадки света?
Достаточно ли? Думаю, что нет…

Он:
Лампадки язычок огня неровный
Теплее чем жар-пекло от костра.
Поверь мне, что тепла его довольно,
Чтобы согреть озябшие уста…

Tags: Глухой Номад

Дрожит сирень под натиском дождя,
Окрашивая полночь фиолетом.
Тебе не спать сегодня до рассвета.
Тебе не спать до завтрашнего дня.

Свет полурампы заострен. Графит
Рисует на стене знакомый профиль.
Лиловый ветер с ароматом кофе
Раскачивает уличный софит.

Сырое небо, «Слезы в небесах»* -
- Мелодия замедленного танца.
С рассветом танец должен оборваться.
Танцуй покуда ночь на всех часах.

Лиловый ветер теребит сирень.
На всех часах окрашенная полночь.
Сырые небеса слезами полны.
Знакомый профиль призрачен как тень…

* - Eric Clapton "Tears In Heaven"

Tags: Глухой Номад

Если срывается внутренний голос
Каждой попыткой достать до небес,
Если в глазах появляется блеск,
Если ты слышишь пьянящее соло
Низ опадающих лунных колец,
Что это?

Tags: Глухой Номад

Молекулы ударом о стекло
На атомы распались. Эти брызги
Вечерней атмосферы, словно мысли,
Преследуют, отстав недалеко.

Обочина как контур. Без пяти.
Сто сорок километров будет в часе.
Таких задач немало в пятом классе.
Да, время непростительно летит.

Свет фонаря продавливает тьму.
И снова брызги, снова мысли, снова…
Всё выжми из железного остова,
Отстанут вряд ли. Просто потому

Что думается только всё о ней,
Сто сорок ли на сто иль сто на сорок,
Когда зашкаливает сердца скорость
И под тобой сто сорок лошадей.

Секунды бьются, бьются о стекло.
Молекулы на атомы распались.
Всё выжато, что можно с этой стали.
А то, что было так и не прошло…

Tags: Глухой Номад